Новая мода

Мочалово. Гостевой домик "Илюшкина избушка"
    Деревенские жители чаще выглядывают в окно, чем горожане. Что там можно разглядеть с десятого этажа? Да и с первых увидишь разве что вереницы непрерывно движущихся автомобилей, поломанные деревья или глухую стену противоположного дома. То ли дело в деревне: окна пониже, земля поближе.

    Убирая со стола посуду, заметил, как свое жилище покинула Зинаида Ивановна. Одета тепло: черная плюшевая жакетка – новая, черные валенки и пестрый халат. Голова плотно обвязана шалью с кистями нежно-розового цвета. Концы ее туго стянуты на затылке. Идет скорым мужицким шагом, лицо серьезно и строго. Впервые увидевший ее человек подумал бы, что старушка что-то потеряла на дороге и старается найти свою пропажу, чуть не подметая рукавицами снег. Нет, дело не в этом. Спина у нее давно надломлена, но хоть и скрипит, да служит. А потерянного в молодости здоровья даже на большой дороге не найти. Это ей известно. Так куда же столь ходко она отправилась? В этом краю деревни по утрам печь топится только у меня.

    Ее зять и внук свой старый дом сегодня не навещали, иначе там кипела бы работа, несмотря на мороз в тридцать градусов. Неужели покинутое людьми и собаками Мочалово оживает? Может, Евстолия Васильевна объявилась? Веселая вдова сварила к Рождеству корчажку пива в печи и пошла в Мочалово. Тогда почему же ко мне не зашла? Бывает у нас только по великим праздникам, на новое крыльцо ее нога не ступала. Может, дядя Витя его ненадежно сделал? Или худо да не баско я ее катаники подшил? И снег теперь не разгребаю, так осерчала и меня на праздник не позвала?

    Все прояснилось на другой день. Зинаида Ивановна ходила на проминку.

    - Лошадь в конюшне, и та застаивается, а я который день в избе сижу. Вот и сбегала на Мочалово, проветрилась маленечко.

    - Ну, так как там живется?

    - А добро живут, ни к одному дому проследья нет. Единой вороны не видала. Никому ни о чем хлопотать не надо. Раньше Оля по воду к Евстолье ходила на лыжах, а теперь двери в дому приперты не колышком, а матерой плахой. Знать, до весны. Надо ходить, а то сила теряется. В прежние годы по вечерам пряли да ткали, скотинку кормили, а теперь добро живем, обряжаться не с кем. Одно кошка на шестке сидит – видно, к морозу.

    Новая мода на проминки завелась в наших местах несколько лет назад. Пример подали жители деревни Подсосенье и поселка Каменка. Пять-шесть пенсионерок днем с глубокой осени до весны, как по расписанию, отмеривают два с половиной километра в строну Мочалова и, довольные, возвращаются домой. Я несколько раз приглашал их в гости. Но теперь женщины стали какие-то пугливые, впятером боятся одного худенького мужика. А я надеялся, что они мне дров по пути с Каменки привезут. На санках. Чего зря ноги топтать? Вон ивонинские женщины гуляют не зря, попутно помогают Черепанову вести учет бревен и пиломатериалов. Пусть в уме, но зато контролеры бесплатные.

В. Кондаков. 06.01.09

«Верховажский Вестник» №12 / 2011 г.

Comments